Пятое действие. Последний выход
Фердинанд. Президент. Вурм и слуги. Все вбегают в ужасе. Потом Миллер с народом и полицией, которые собираются в глубине сцены
Президент (с письмом в руке). Сын мой! Что это?… Я не верю…
Фердинанд (кидает стакан к его ногам). Так убедись, убийца!
Президент (отступает в испуге. Все в оцепенении. Минута грозного безмолвия). Фердинанд, зачем ты это сделал?
Фердинанд (не глядя на него). Разумеется! Следовало сначала спросить сановника, пригодится ли для него эта штука! Нечего сказать, хитро и удивительно придумали разорвать союз наших сердец ревностью. Рассчет был мастерски составлен; жаль только, что раздраженная любовь не покорилась этим пружинам так, как твоя деревянная кукла.
Президент (озирается безумными глазами). Неужто нет здесь никого, кто бы пожалел о безутешном отце?
Миллер (за сценой). Пустите меня!
Фердинанд. Девушка эта — праведница; за нее пусть отмстит другой. (Отворяет дверь Миллеру, вбегающему с народом и полицейскими).,
Миллер (в ужасе). Дитятко мое! дитятко мое! Яд… яд, сказали тут… Дочка моя! где ты?
Фердинанд (подводит его к трупу Луизы и указывает на президента). Я не виноват. Благодари его!
Миллер (падает на пол). Господи!
Фердинанд. Всего несколько слов, отец! Они мне теперь дороги… Жизнь моя мошеннически украдена у меня — украдена тобой. Я трепещу суда Божие; но злодеем я никогда не был. Чтобы ни выпало мне на долю вечности — да не падет оно на тебя… Но я совершил убийство (грозно возвышая голос) — убийство, с которым — ты знаешь это — явлюсь я не один пред Всевышнего Судию. Торжественно передаю тебе большую и ужаснейшую его половину, управляйся с нею, как сам знаешь. (Подводит его к Луизе). Взгляни злодей. Полюбуйся ужасными плодами своего остроумия; на этом лице неизгладимыми чертами написано твое имя, и ангелы-мстители прочтут его. Пусть образ её распахивает полог твоей постели, когда ты спишь, и подает тебе свою ледяную руку. Пусть этот образ станет перед твоею душой, когда ты будешь умирать, и прервет твою последнюю молитву! Пусть этот образ станет над твоею могилой, когда наступит день воскресения — и перед Богом, когда он будет судить тебя. (Теряет чувства. Слуги поддерживают его).
Президент (в отчаянии подымая руки к небу). Не от меня, Владыко Небесный, не от меня требуй отчета в этих душах, а от него! (Подходит к Вурму).
Вурм (оживляясь). От меня?
Президент. Да! от тебя, проклятый! от тебя сатана! — Ты, ты дал мне ехидный совет… Ты ответишь… Я умываю руки.
Вурм. Я? (Злобно хохочет). Вот как! Неужто? Ну, я узнал по крайней мере, какая благодарность у дьяволов! Я, безумный злодей? Да разве это мой сын? разве я был твоим господином? Я отвечу? отвечу в том, от чего вся кровь застыла у меня в жилах? Я отвечу? Хорошо! пусть я пропаду, но уж и ты не уйдешь. Эй! эй! Кричите караул по улицам! зовите полицию! Жандармы, вяжите меня! ведите меня отсюда! Я открою такия тайны, что у тех, кто их услышит, встанет волос дыбом. (Хочет идти).
Президент (удерживает его). Сумасшедший! неужто ты…
Вурм (треплет его по плечу). Да, приятель! да! я все открою! Я точно сумасшедший — это твое дело. Ну, и действовать стану, как сумасшедший. Рука об руку пойдем мы с тобой на плаху! рука об руку с тобой и в ад! Мне будет лестно, что я осужден вместе с тобой! (Его уводят).
Миллер (все это время лежавший в безмолвной скорби, припав головой на грудь Луизы, быстро встает и бросает кошелек к ногам майора). Отравитель! оставь у себя свои проклятые деньги! Не дитя ли мое думал ты купить на них? (Убегает из комнаты).
Фердинанд (прерывающимся голосом). Иди за ним! Он в отчаянии. Эти деньги сберегите ему. Это моя страшная признательность… Луиза!… Луиза!… Я иду… Прощайте… Дайте мне умереть около этой святыни!
Президент (приходя в себя из мертвого оцепенения, сыну). Сын мой! Фердинанд! неужто ни взгляда твоему убитому отцу? (Майора опускают рядом с Луизой).
Фердинанд. Богу милосердному последний взгляд мой.
Президент (в глубокой скорби кидается перед ним на колени). И создание, и Творец покидают меня. Неужто ни одного взгляда мне в утешение?
Фердинанд (умирая, подает ему руку).
Президент (быстро поднимается). Он простил меня! (Другим). Теперь я в вашей власти. (Он уходит. Полиция следует за ним. Занавес опускается).
Мих. Михайлов.